ι

Тело единое оргáном пело;
деяния тождества поклонялись Господу;
цвело и звенело пение Византии.

 
О рамена, локти, запястья,
благословите Его, хвалите Его, величайте Его вó веки;
сочленения пальцев,
благословите Господа;
суставы колен и лодыжек,
благословите Господа;
бёдра и спины во множестве,
благословите Его, хвалите Его, величайте Его вó веки;
благословите Его на Кавказе, благословите Его в Латеране,
благословите Его в эмблемах Лондона-в-Логре;
если будут иные языки за Логром,
благословите Его, хвалите Его, величайте Его вó веки;
если будет сознание в толще подвижной воды,
или власть хоть какая-то на болотах за дальним По-лу,
хоть какая-то мера среди областей безголовых,
благословите Его, хвалите Его, величайте Его вó веки.

Адамы во глубине иеросалимской вздыхали, –
тонко их мысли свивался венец, -
взывая: «О разветвлённый отец,
не слишком ли долго я ждал в беспечальном
лишённом иных измерений пространстве?
Не видит ли Бог начал воюющих?
Подобает нам расти до высот, Бога и Царя взыскующи:
Подобает нам смотреть на сраженье деяний в непостоянстве». ( Read more... )

Почему Папа движется в имперских походах?
почему золотые дворцы тускнеют пред папской
одеждой, плотью и костью искупления?
что нарушило волю Императора? 

ε

Туман клубился у края старого солнца;
мамонты и медведи бродили по широкому краю уступа.
Сила себя проявляла в нравах
рук, суставов, запястий, кистей;
плоскости дланей, средоточия конусов скрытых,
раскрывались в Ломбардии, - навершие конуса в Риме,
полное знания, понтифик арвальской коллегии
восходящих инстинктов, дороги (живые и мёртвые) в Риме, -
чтобы в Галлии строить мосты, в Византии приёмы вести.
Ногти, слабые времени сева, почву скребли,
и гвоздями железными труд был окончен в пору нашей нужды,
сфера высокая основания конуса, поражение взошедших семян:
руки заклинания стали руками поклоняния,
пятикратный псалом, указание Латерана:
действия и страдания единое таинство,
единая и внезапная молния тождества,
горестные деяния рук Папы.

Млеко точат сосцы Галлии,
тригонометрическое млеко учения.
Муж припал к сосцам; его суставы застыли,
он поглощает логику, учение, закон,
пьёт из грудей intelligo и credo.
Я, Талиесин, рожденный от друидов у моря,
также пил в школах галльских,
я пил за столом учительским;
я пел созвучно водам логрийским,
течению Темзы, волнам прилива.
Сквозь гром колесниц железных на галльских дорогах,
меня унесли корабли на морские просторы;
Логра наречие было лишь отражением Византии;
великому искусству учили в сердце артуровых гаваней.                

γ

Эльбрус поднялся над Золотым Рогом.
К югу от кости морской, Туле, каменный череп,
пастбище на одинокой скале,
схема Логра, тема и образ империи,
поднялся в равновесии, вес правления со славою.
Мерлин, времени мера, взбирается сквозь призмы и линии;
по-над Камелотом и дальним Карбонеком,
над Опасным Сиденьем и Престолом союза,
фосфор философской звезды Персифаля хлынет.
Лев Ланселота, смущенный запахом поклонения,
рыкает подле тела госпожи Гвиневеры.
Мерлин определяет в умных эмблемах
щит над щитом, положение над положением;
на дорогах слышен топот господских коней.
Мечи сверкают; разбойники убегают;
Стол установлен твёрдо в королевском холле,
а над сиденьями начертаны знаки души и доли,
деяния, подвиги и вся история Логра.
По имперской дороге спешит белый нунций
возвеличить сердца Латерана, Галлии, Логра.
 

β

Заря поднялась над Золотым Рогом.
Я видел тождества, отраженные в сапфирном море:
за Синаем Арарат, за Араратом Эльбрус –
светом брызжущий, снегом искрящийся,
целомудрие стройных вершин Кавказа;
снега отблеск на бровях мира
сменился глубоким зелёным долом.
Из Визáнтия присланы тождества письмена,
когда племена собрались праздновать
тезоименитство своего отца-императора.
Империи солнце сияло на каждом кургане,
с валом двойным, охраной долин плодородных.
Сияли клинки благородного древнего танца;
девы нагие смеялись от счастья земного,
телом своим повторяя провинции форму,
форму основы пространства,
полукруглой основы славы имперской.
Спины напряжены, любови устроены;
брошено через воздушные реки империи
имя забытое, шута бремя,
слава и рама любовников низин Кавказских
звенела вокруг снегов Эльбруса.
Тело единое оргáном пело.